#цискаридзе #интервью #балет #большойтеатр
Николай Цискаридзе в интервью откровенно про успех и вражду в Большом театре, нападение на Филина, влиятельных друзей, смерть мамы, личную жизнь, ориентацию и виды на главный театр страны.
ЭТО ВАЖНО: НЕ ЗАБЫВАЙТЕ СТАВИТЬ ЛАЙКИ И ПОДПИСЫВАТЬСЯ НА КАНАЛ!
/// В кровати внутренний цензор, который есть у каждого, теряет бдительность и засыпает, позволяя говорить обо всем честно и искренне ///
НИКОЛАЙ ЦИСКАРИДЗЕ: ОРИЕНТАЦИЯ И ТЕАТР /// ЭМПАТИЯ МАНУЧИ
Елизавету Боярскую уже давно не ассоциируют с её известным папой Михаилом Боярским. Она сама – популярная актриса, а также любимая жена артиста Максима Матвеева и счастливая мама сынишки Андрея. О детстве и комплексах, ссорах и влюблённостях, своей семье Елизавета рассказывает в авторской программе Киры Прошутинской.
В этом видео — динамичный, откровенный и очень личный разговор Андрея Макаревича и Дмитрия Быкова о знаковых музыкантах и группах, рок-поэзии, любви и холодной питерской красоте.
⠀
Что удивило бы Макаревича в современной жизни, если бы ему об этом рассказали 40 лет назад? Почему рок-музыка — это явление только одного поколения и чего не хватает Маккартни?
⠀
Что в нынешней России стало лучше? И что напророчила «Машине Времени» Алла Пугачева?
⠀
Меняется ли человек с возрастом внутри себя? Что такое любовь?
⠀
Андрей Макаревич — музыкант, художник, писатель, телеведущий, лидер группы «Машина времени». www.youtube.com/channel/UC8oNpniw7UvnUhdciAU2NMw
В этом видео разговор о России будущего «после Путина». Николай Сванидзе рассматривает разные сценарии и вспоминает революцию 1917 года. Он объясняет, почему приличные люди впадают в безумие от Карабаха. Называет Лукашенко политическим трупом. И признает, что в наше время интеллигенция рассосалась.
Таймкоды:
00:00 Николай Сванидзе: скорее всего, будет военная хунта, но я не Кассандра
01:39 как прекратить национальную рознь
07:15 почему территориальный спор неразрешим
07:57 после 20-х годов ХХ века политика исчезла
09:47 собственность не гарант свободы, но обязательное условие
10:52 Ленин и Сталин ненавидели крестьян из-за лошадки
12:14 бунтари повзрослели и руководят государствами
13:58 девочки уже не раздеваются ради Путина
14:45 в России будет хунта, но недолго
16:20 у человека, который задержался у власти, представление о мире неадекватно
17:30 что могли сделать в 1917 году Керенский, Корнилов и Львов
20:55 из-за кого два раза плакал Ленин
21:37 о Фанни Каплан, которая в молодости была «ничего»
22:56 Виталий Чуркин в детстве снимался в фильмах о Ленине
23:30 самые популярные институты в стране: президент, армия и ФСБ
28:21 Белоруссию пока не потеряли, но идем к этому уверенными шагами
28:46 Лукашенко — политический труп, которого вынесут
31:01 как Путин укрепил белорусских силовиков
35:51 реформа Косыгина и Пражская весна не могли победить
37:26 интеллигенции в России уже нет, исторический феномен неповторим
39:38 центр власти: кабинет президента — Лубянка — Совбез
42:30 Сталин был умным или талантливым?
Питер Селларс, режиссер:
«Королева индейцев» Пёрселла — это нечто невероятное. Это уникальный шедевр, который Пёрселл создал незадолго до своей смерти. Это было совершенно беспорядочное произведение: неоконченное, с исторически несообразным текстом Драйдена о войне инков и ацтеков. Это странный, сломанный, болезненный шедевр. Мы использовали огромное количество музыки, которую Пёрселл написал для театра и для церкви, и связали ее с деталями сюжета, а также со словами из романа Агиляр. В результате получилась феминистская версия завоевания Мексики. Шокирующая, удивительная, интимная, личная.»
Жерар Мортье, Теодор Курентзис и Питер Селларс рассказывают историю создания оперы «Королева индейцев».
Автор идеи фильма: Теодор Курентзис
Режиссеру и монтаж: Алексей Романов
Peter Sellars, stage director:
«The Indian Queen by Purcell — that’s incredible. That’s an overwhelming masterpiece coming at the very end of Purcell’s life. It was a mess: unfinished with a text by John Dryden about the Incas versus the Aztecs. It’s a situation of a strange, broken, hurt masterpiece. So we’ve used so much of this theatre music that Purcell wrote and so much of the religious music that Purcell wrote, and woven it together with the plot and the details — and the words of the novel by Rosario Aguilar. The result is a feminist version of the Mexican conquest. And it’s shocking, and surprising, and intimate, and personal.»
Gerard Mortier, Teodor Currentzis and Peter Sellars discuss the making of the opera.
Idea of the film: Teodor Currentzis
Director and editing: Alexey Romanov